Нефть и мир. «Семь сестер» – дом, который построил Джон - Леонид В. Крутаков

Royal Dutch Shell, как отмечала Федеральная торговая комиссия США (выше мы об этом писали), была создана для противодействия экспансии Standard Oil в Европе и Китае. Сохранение Royal Dutch Shell в Венесуэле означало для Pax Americana сохранение переговорной площадки (способ размыть конфликтную зону) с Pax Britannica на Ближнем Востоке, затяжная война за нефтяные ресурсы которого между Англией и Америкой начнется сразу после Great War.

Именно нефтяные месторождения Ближнего Востока (Персия и Мосул) были причиной Great War (первая правоустанавливающая война). Great War похоронит проект создания Срединной Европы и новой (после похорон Великого Сибирского пути) пространственной организации Евразии. Приведет к распаду четырех империй (сферы влияния в формате Pax Britannica): Россия, Германия, Австро-Венгрия и Турция.

Делить будут не территории, а ресурсную базу (источники «обещания денег», тело роста модели). Делить будут будущее. Делить будут между собой США и Англия (Франция, участник Антанты, останется на заднем плане). Делить будут долго. Русская нефть в развитии этого сюжета вновь будет играть одну из ключевых ролей, и вновь, увы, пассивную…

Нефтяной капкан для Германии

Ранее мы уже писали о предложении немецкого кайзера Вильгельма II русскому императору Николаю II создать торгово-политическую коалицию европейских государств против США. Соединенные Штаты Европы, как трактовал это предложение позже Владимир Ленин[266]. Идейным содержанием и базой коалиции, по предложению статс-секретаря (министра) финансов Германии Макса фон Тильмана, должен был стать нефтяной союз против Standard Oil[267]. (Идея «союза угля и стали» появится позже, как результат Great War и вестернизации Срединной Европы. – Л. К.)

Встреча Вильгельма II с Николаем II произошла в 1897 году, за год до ратификации Рейхстагом морской «программы Тирпица». Немцам отчаянно нужна была нефть, они активно, как и англичане, проводили эксперименты по замене угля на мазут в корабельных топках. Русская нефть на тот момент была единственной альтернативой американской нефти, но русской она была только по территориальному признаку.

Ранее мы приводили данные по экспорту русской и американской нефти в условиях опережающих темпов добычи в России. В 1898–1901 годах добыча в России опережала американскую в среднем на 16 %, а соотношение в экспорте нефтепродуктов оставалось практически неизменным. Экспортная доля России была мизерной по отношению к доле Standard Oil, колебалась все эти годы в районе 1 %, что отражено в таблице 7.

Таблица 7. Экспорт нефти в России и в США с 1898 по 1901 год с указанием процентной доли экспорта России по отношению к доле экспорта Standard Oil (в млн барр.)[268]

Ситуация выглядит еще более парадоксальной, если учесть данные по объему внутреннего потребления керосина, которые исключают вывод о более высоком внутреннем потреблении в России. В США потребление почти в два раза превосходило общее потребление в России и в 3,5 раза при его пересчете на душу населения. Приведем данные за 1904 год по мере их убывания на душу населения (таблица 8).

Таблица 8. Объемы потребления керосина в разных странах в 1904 году[269]

Подавляющую часть «русского» экспорта контролировали французские Ротшильды, английские Сэмюэли и якобы отечественные Нобели с Рокфеллером, который стоял у них за спиной, контролируя европейский сбыт. Немцев на Апшерон не пускали. Немецкий рынок керосина, как видно из приведенной выше таблицы, был самым крупным в Европе. Три четверти этого рынка занимала Standard Oil, но не керосин толкал Германию в Россию.

Помимо предложения пустить немецкий капитал в КВЖД и Русско-Китайский банк[270], о котором мы писали в главе про войну 1905 года, банкиры Германии предлагали Витте создать русско-немецкую нефтяную концессию с капиталом в 6 млн марок. Сумма в четыре раза превышала капитал «Нафтапорт» (подразделение «БраНобель» в Германии, полное название – Deutsche Russische Naphta Import Gesellschaft) и была сопоставима с вложениями Ротшильдов на Апшероне и в Грозном[271].

Проект концессии предусматривал строительство нефтеперерабатывающих заводов на Волге и значительное снижение таможенных пошлин на ввоз русского керосина в Германию, льготный режим предусматривался также для русской нефти и ее «остатков» (мазут). Последнее обстоятельство (снижение пошлин на сырую нефть) дало Нобелю повод для того, чтобы заблокировать немецкую инициативу под предлогом защиты русской нефтепереработки.

В вопросе ограничения доступа Германии к русской нефти имперские интересы Британской короны и Рокфеллера совпадали полностью. Британия была кровно заинтересована в том, чтобы сохранить батумский объем экспорта Ротшильдами и не допустить появления у немецкого флота «своей» нефти и мазута из России. Рокфеллер – в том, чтобы сохранить статус-кво со сбытом «русских» нефтепродуктов Нобеля через свои структуры в Европе, сохранив тем самым ценовой контроль над дефлятором.

Нобель был обязательным участником всех совещаний у Витте по «немецкому проекту». Тот факт, что одновременно с блокировкой Нобелем (руками Витте. – Л. К.) немецкой инициативы о совместной с русскими нефтяной концессии Standard Oil смягчит условия поставок «своего» керосина в Германию[272], случайным совпадением в такой конструкции не представляется.

В Берлине знали о проамериканской ориентации русского промышленника Нобеля. Вопрос его тайного соглашения с Рокфеллером был предметом обсуждения в Рейхстаге еще на старте русско-немецких переговоров о концессии. После нескольких раундов неудачных переговоров в конце ноября 1898 года «Франкфуртер цайтунг» даже выпустила целую серию статей о связях Нобеля с Рокфеллером и переговорах последнего с «Союзом бакинских керосинозаводчиков» (с Витте. – Л. К.)[273].

Витте придет в бешенство от публикаций в немецкой прессе. «Это наглая ложь», – напишет он собственноручно на переводе одной из статей[274]. В Берлин будут отправлены соответствующие инструкции, The Frankfurter Zeitung в течение месяца опубликует опровержение[275]. Одновременно немцы попытаются зайти с другой стороны и начнут переговоры о «русской» нефти с Ротшильдами, минуя Нобелей (как им это казалось. – Л. К.).

Ротшильдам немцы предложат объединить все сбытовые сети Европы[276]. Иными словами, создать европейский нефтяной картель потребителей (прообраз G7), позже в картель будет предложено войти и английской Shell. Вместо 6 млн марок планируемых изначально вложений немцы на этот раз предложат 10 млн. Напомним, попытка создания русского нефтяного картеля («Союз бакинских керосинозаводчиков») провалилась за год до этого, в 1897 году.

В июне 1899 года под учреждение «европейского картеля» Германия введет таможенные льготы на керосин из России, как обещала еще в начале переговоров. Ротшильды